Художественная литература
Война и мир - Часть 1
- Информация о материале
- Автор: Лев Николаевич Толстой
- Hits: 4122
Страница 10 из 112
| Helene was so lovely that not only did she not show any trace of coquetry, but on the contrary she even appeared shy of her unquestionable and all too victorious beauty. She seemed to wish, but to be unable, to diminish its effect. | Элен была так хороша, что не только не было в ней заметно и тени кокетства, но, напротив, ей как будто совестно было за свою несомненную и слишком сильно и победительно‑действующую красоту. Она как будто желала и не могла умалить действие своей красоты. |
| "How lovely!" said everyone who saw her; and the vicomte lifted his shoulders and dropped his eyes as if startled by something extraordinary when she took her seat opposite and beamed upon him also with her unchanging smile. | Какая красавица! – говорил каждый, кто ее видел. Как будто пораженный чем‑то необычайным, виконт пожал плечами и о опустил глаза в то время, как она усаживалась перед ним и освещала и его всё тою же неизменною улыбкой. |
| "Madame, I doubt my ability before such an audience," said he, smilingly inclining his head. | – Я, право, опасаюсь за свои способности перед такой публикой, сказал он, наклоняя с улыбкой голову. |
| The princess rested her bare round arm on a little table and considered a reply unnecessary. She smilingly waited. | Княжна облокотила свою открытую полную руку на столик и не нашла нужным что‑либо сказать. Она улыбаясь ждала. |
| All the time the story was being told she sat upright, glancing now at her beautiful round arm, altered in shape by its pressure on the table, now at her still more beautiful bosom, on which she readjusted a diamond necklace. From time to time she smoothed the folds of her dress, and whenever the story produced an effect she glanced at Anna Pavlovna, at once adopted just the expression she saw on the maid of honor's face, and again relapsed into her radiant smile. | Во все время рассказа она сидела прямо, посматривая изредка то на свою полную красивую руку, которая от давления на стол изменила свою форму, то на еще более красивую грудь, на которой она поправляла брильянтовое ожерелье; поправляла несколько раз складки своего платья и, когда рассказ производил впечатление, оглядывалась на Анну Павловну и тотчас же принимала то самое выражение, которое было на лице фрейлины, и потом опять успокоивалась в сияющей улыбке. |
| The little princess had also left the tea table and followed Helene. | Вслед за Элен перешла и маленькая княгиня от чайного стола. |
| "Wait a moment, I'll get my work.... Now then, what are you thinking of?" she went on, turning to Prince Hippolyte. "Fetch me my workbag." | – Подождите, я возьму мою работу, – проговорила она. – О чем вы думаете? – обратилась она к князю Ипполиту: – Принесите мой ридикюль. |
| There was a general movement as the princess, smiling and talking merrily to everyone at once, sat down and gaily arranged herself in her seat. "Now I am all right," she said, and asking the vicomte to begin, she took up her work. | Княгиня, улыбаясь и говоря со всеми, вдруг произвела перестановку и, усевшись, весело оправилась. – Теперь мне хорошо, – приговаривала она и, попросив начинать, принялась за работу. |
| Prince Hippolyte, having brought the workbag, joined the circle and moving a chair close to hers seated himself beside her. Le charmant Hippolyte was surprising by his extraordinary resemblance to his beautiful sister, but yet more by the fact that in spite of this resemblance he was exceedingly ugly. | Князь Ипполит перенес ей ридикюль, перешел за нею и, близко придвинув к ней кресло, сел подле нее. Очаровательный Ипполит поражал своим необыкновенным сходством с сестрою‑красавицей и еще более тем, что, несмотря на сходство, он был поразительно дурен собой. |
| His features were like his sister's, but while in her case everything was lit up by a joyous, self-satisfied, youthful, and constant smile of animation, and by the wonderful classic beauty of her figure, his face on the contrary was dulled by imbecility and a constant expression of sullen self-confidence, while his body was thin and weak. His eyes, nose, and mouth all seemed puckered into a vacant, wearied grimace, and his arms and legs always fell into unnatural positions. | Черты его лица были те же, как и у сестры, но у той все освещалось жизнерадостною, самодовольною, молодою, неизменною улыбкой жизни и необычайною, античною красотой тела; у брата, напротив, то же лицо было отуманено идиотизмом и неизменно выражало самоуверенную брюзгливость, а тело было худощаво и слабо. Глаза, нос, рот – все сжималось как будто в одну неопределенную и скучную гримасу, а руки и ноги всегда принимали неестественное положение. |
