Художественная литература
Жемчужина
- Информация о материале
- Автор: Джон Стэйнбэк
- Hits: 6622
Страница 7 из 55
| "Yes?" the doctor asked. | - Ну? -спросил доктор. |
| "It is a little Indian with a baby. He says a scorpion stung it." | - Какой-то индеец с ребенком. Ребенка укусил скорпион, |
| The doctor put his cup down gently before he let his anger rise. | Доктор осторожно опустил чашку на поднос, прежде чем дать волю гневу. |
| "Have I nothing better to do than cure insect bites for 'little Indians'? I am a doctor, not a veterinary." | - Только мне и дела, что лечить каких-то индейцев от укусов насекомых. Я врач, а не ветеринар. |
| "Yes, Patron," said the servant. | - Да, хозяин,- сказал слуга. |
| "Has he any money?" the doctor demanded. "No, they never have any money. I, I alone in the world am supposed to work for nothing - and I am tired of it. See if he has any money!" | - Деньги у него есть?- осведомился доктор.- Да нет! Они все безденежные. Я один во всем мире почему-то должен работать даром. Мне это надоело. Пойди узнай, есть у него деньги? |
| At the gate the servant opened the door a trifle and looked out at the waiting people. And this time he spoke in the old language. | Вернувшись, слуга чуть приотворил калитку и посмотрел в щель на ожидающую ответа толпу. И на этот раз он заговорил на древнем языке: |
| "Have you money to pay for the treatment?" | - У тебя есть чем заплатить за лечение? |
| Now Kino reached into a secret place somewhere under his blanket. He brought out a paper folded many times. Crease by crease he unfolded it, until at last there came to view eight small misshapen seed pearls, as ugly and gray as little ulcers, flattened and almost valueless. The servant took the paper and closed the gate again, but this time he was not gone long. He opened the gate just wide enough to pass the paper back. | Кино сунул руку в потайной карман где-то под одеялом. Он вынул оттуда бумажку, сложенную вчетверо. Он стал бережно разворачивать ее по сгибам-один, другой, третий... и наконец там показались восемь мелких, плоских жемчужин. Они были уродливые, серые, точно маленькие язвы, и не имели почти никакой цены. Слуга взял их вместе с бумажкой и снова затворил калитку, но на этот раз ждать его пришлось недолго. Он отворил калитку ровно настолько, чтобы бумажка пролезла в щель. |
| "The doctor has gone out," he said. "He was called to a serious case." And he shut the gate quickly out of shame. | - Доктор ушел,- сказал он.- Его позвали к тяжелобольному.- И быстро захлопнул калитку, потому что ему было стыдно. |
| And now a wave of shame went over the whole procession. They melted away. The beggars went back to the church steps, the stragglers moved off, and the neighbors departed so that the public shaming of Kino would not be in their eyes. | И стыд волной прокатился по толпе. Она стала таять. Нищие вернулись на ступеньки паперти, слоняющиеся бездельники отправились слоняться дальше, а соседи разошлись, чтобы Кино, которого так опозорили у всех на глазах, нс было стыдно перед ними. |
| For a long time Kino stood in front of the gate with Juana beside him. Slowly he put his suppliant hat on his head. Then, without warning, he struck the gate a crushing blow with his fist. He looked down in wonder at his split knuckles and at the blood that flowed down between his fingers. | Кино долго стоял у ограды докторского дома, и рядом с ним стояла Хуана. Медленно надел он свою просительно снятую шляпу. И вдруг наотмашь ударил кулаком по калитке. И удивленно посмотрел на рассеченные суставы и на кровь, струившуюся у него между пальцами. |
